партитура - и закончить. Он услышал слова Вернона, завершавшего разговор: «Отлично. Перепишите резюме и поставьте на четвертую полосу. Я буду часа через два». Затем Клайву:
- Чертовы израильтяне. Нам пора подойти.
- Пожалуй.
Однако они сделали еще один круг по лужайке: в конце концов, они тут для того, чтобы хоронить Молли.
С заметным усилием над собой Вернон отодвинул служебные заботы.
- Она была милой девочкой. Вспомни бильярдный стол. В 1978 году под Рождество компания друзей сняла большой дом в Шотландии. Молли и ее тогдашний спутник, королевский адвокат по фамилии Брейди, изобразили на бильярдном столе Адама и Еву: он в трусах, она в трусах и лифчике, подставка для кия - змей, красный шар вместо яблока. В пересказах, однако, история приобрела несколько иной вид и в таком виде не только попала в один некролог, но даже запомнилась кое-кому из свидетелей: «Молли плясала в Сочельник нагишом на бильярдном столе в шотландском замке».
- Милая девочка, - повторил Клайв.
Делая вид, будто откусывает яблоко и жует, она смотрела прямо на него и развратно улыбалась. Она выкатила бедро и подбоченилась, пародируя уличную девку. Он счел ее упорный взгляд сигналом, и правда, в апреле они снова сошлись. Молли переехала в его студию в Южном Кенсингтоне и осталась на все лето. В это время как раз открылась ее ресторанная колонка и сама она выступила по телевизору, раскритиковав мишленовский путеводитель как «кулинарный китч». Он тоже впервые обозначился перед публикой - «Оркестровыми вариациями» в Фестивал-холле. Второй заход. Она, вероятно, не изменилась, а он - определенно да. За десять лет он узнал достаточно, чтобы еще кое-чему у нее научиться. Его система всегда была - молот и наковальня. Она научила лукавому сексу, тому, что иногда необходима неподвижность. Лежи тихо, вот так, смотри на меня, смотри как следует. Мы - бомба замедленного действия. Ему было почти тридцать;