въехав на одно возвышение, они увидели перед собою все свое поместье.
Местоположение замка было чрезвычайно живописно: речка, вытекающая из гор между Манчестером и Шеффилдом, извиваясь между тучными пажитями, разливается озером около мили в окружности, потом опять продолжает свое течение, омывает дома Дерби и, наконец, впадает в Тренту. Вся эта картина, которой я не видел уже лет двадцать, но помню все ее подробности, сияла свежей, веселой зеленью, словно природа только вчера проснулась. Всюду царила глубокая тишина, безмятежное блаженство, а по горизонту тянулась красивая цепь гор, которая начинается в южном Уэллсе, проходит через всю Англию и примыкает к Чевиотским горам. Что касается замка, то он построен был во времена претендента, великолепно меблирован по моде того времени, и хотя лет уже двадцать пять или тридцать никто в нем не жил, однако мистер Сандэрс содержал в покоях такой порядок, что позолота на мебели не потускнела, а краска на обоях нисколько не полиняла.
Таким образом, этот замок был весьма приятным убежищем для человека, которому наскучил свет и который добровольно решил там поселиться. Но на сэра Эдварда поместье произвело совсем иное впечатление. Тихая и прекрасная природа казалась ему очень и очень однообразной в сравнении с беспрерывным волнением океана, с его почти беспредельным горизонтом, островами в целые материки, материками, составляющими целые миры. Грустно похаживал он по этим большим комнатам, постукивая о паркет деревянной ногой и останавливаясь у каждого окна, чтобы познакомиться со всем своим поместьем. За ним шел Том. Старый матрос под вынужденной презрительной улыбкой скрывал удивление, которое вызывали в нем все эти богатства, каких он от роду не видел. Окончив осмотр, который производился безмолвно, сэр Эдвард обернулся к своему спутнику, оперся обеими руками на костыль и спросил:
— Ну, что, Том, тебе здесь нравится?
— Ничего,