Лен, я лучше пойду – там уже Осгуд выглядывает. В следующий раз увидимся, хорошо?
– Да. До встречи.
Он сделал шаг в сторону и стал смотреть, как я спускаюсь по ступенькам и иду к кабине «УниФура». И когда я в нее взбирался, он все так же на меня смотрел – вроде как наблюдал, хорошо ли я усвоил сказанное.
Я задвинул дверцу кабины. Вокруг Джорджа на откидном сиденье громоздились розовые и белые коробки.
– Ты что, здесь так и просидел все время? – спросил я. – Я думал, ты к Осгуду пойдешь.
– Не пошел, – ответил он. – Я решил пока не начинать. Тут надо будет все аккуратно настроить.
– Как скажешь. Готов?
– Ну.
– Тогда поехали.
Я завелся, и мы тронулись – по двору и через ворота.
– Вы о чем с Леном говорили? – спросил Джордж, стараясь перекричать гул двигателя. – Целую вечность дискутировали.
– Ты же знаешь, он как начнет…
– Нуда…
– Говорил, что от Схемы в любую минуту может остаться пшик.
– Чего-то он по-новому запел. Когда мы в последний раз говорили, он мне рассказывал, что у нас сейчас всё лучше некуда.
– Да нет, в это он по-прежнему верит. Только считает, что в это не верит больше никто. Кроме немногих избранных.
– Вроде него и Мика Долстона, когда они из игровой часами не вылазят? Чтоб комар носа не подточил, как они говорят.
– Именно.
– Так в чем его проблема тогда?
– Ну ты же знаешь, Лен всегда завтракает, обедает и пьет чай в один присест?
– Ну да, – сказал Джордж. – И уже много лет так.
– Но, несмотря на это, с работой всегда справляется, правда?
– Допустим.
– А когда ты в последний раз видел, чтобы на площадке в «Блэквелле» была неразбериха?
– Не помню.
– А я помню. Когда Лен ушел в отпуск, и две недели его заменял Чарли Грин.
– А, нуда.
– И Чарли все твердил, что Гослинг все подпишет, когда хочешь, если на него поднажать. Три дня подряд раньше заканчивал работу, а когда Лен вернулся, затовар был такой, что на три рейса хватило.
–