Он хочет согреться подле Аннгрет и тихонько трогает ее за плечо.
— Не смей меня трогать, негодяй! — орет Аннгрет. Был год тысяча девятьсот сорок третий, когда в деревню пришло известие: «Оле Ханзен предал родину». Не Бинкоп, а Оле Ханзен. Это имя в сочетании с трезвым звучанием фамилии придавало известию официальный характер. Ханзен убил лейтенанта! — Лейтенант—это еще не родина,— говорит Ян Буллерт.
— Ты что, коммунистом заделался? — спрашивает полевой жандарм.
— Для вас, кто наморщит лоб, тот и коммунист.— Ян Буллерт предупрежден и держит язык за зубами. Местные власти советуют Аннгрет развестись с Оле.
— Кто может требовать, чтобы ты носила на руке кольцо предателя? — говорит Хинтерофен.
Лесопильщик Рамш, к своему прискорбию, в войне не участвовал. Был отторгнут от славы и почестей. Всему виной сердечная болезнь, которую он подцепил за океаном.
Рамш на свой лад приносил пользу родине в качестве чиновника, ведающего актами гражданского состояния. Он тоже был озабочен положением Аннгрет.
— Говорил он,— за каждым числятся грехи молодости. Они проходят как корь, и так далее. Ты плохо обо мне думаешь, а я хочу тебе добра. Начни бракоразводный процесс!
— Ты о своих бабах заботься! — Вольнолюбивая рыбацкая дочь вновь проснулась в Аннгрет. Не станет она разводиться. Аннгрет не уверена, что любит Оле, да и кто может от нее этого требовать? Зато она знает: Оле любит ее.
Война длилась долго. Мужчины в желтой тыловой форме и их жены из «Союза германских