На ценнике написано: домашний бар. Надо же! Готовый набор для пьяниц.
Интересно, что сейчас делает Мертке, о чем думает? Не написать ли ей? Хотя сейчас не война. Он запросто обгонит собственное письмо. А следом явятся поцелуи на бумаге. К чему?
Он покупает маленькую туфельку для Мертке — игольник с надписью «Привет из Веймара». Смешно, правда ведь?
Старые дома! Боже праведный! Здесь Фауст любился со своей Гретхен. Старые колодцы, эркеры, переулки! А где жил сам старик Гёте?
Оле бредет по заиндевевшим лугам, спрашивает, как пройти к загородному домику Гёте. Основательная постройка. Хозяйственный человек был этот Гёте. Луг прямо перед домом — коси на здоровье, непонятно только, где у него был сеновал?
Здесь же Оле узнает, что у Гёте было целых два дома. Буржуй, значит? Хотя в те времена, наверно, нельзя было иначе, если человек хотел писать книги.
Оле топает к домику Гёте на Фрауенплац. Может, здесь был
сеновал? Тоже нет — один дровяной сарай. Этот человек и: гипса, в лавровом венке,—он ведь не только сочинял. Он изучался* цвета, собирал породы дерева. Может, он был специалист по дереву? Но ведь электричеством он тоже интересовался, этот неугомонный старик. Скелеты, кости, чучела птиц. Чем только этот Гёте не занимался! Гансен, поэт, что приезжал к ним на праздник, слабак против Гёте. Ему бы приехать сюда и поучиться у Гёте уму-разуму.
Теперь Оле не скучно. Он открыл для себя второй мир. Он читает старые вывески, пробивается через немецкий язык пожелтевших документов. Много всякой всячины! 0ле качает головой и прищелкивает пальцами. В отпуске и поучиться. Нет, сюда надо приехать с Мертке. Вот будет радость! Она начнет скакать как коза. «Да ну, да неужели?» А он улыбнется, стоя подле нее с видом знатока. Они, конечно, почтят старого Гёте.
Придя в гостиницу, Оле перерывает свой рюкзак. Игольник в виде туфельки — пустая безделушка. Для Мертке он не подходит. Такой