в лужу, разве не так? — улыбнулся Хью.
— Хм!
— Но и нам не следует быть наивными.
Хелен шумно вздохнула. Свет лампы играл на обручальном кольце, которое она крутила на пальце. Хью не обращал на это внимания.
— Надо признать, — продолжал он, с видом верховного судьи меря шагами комнату, — что методы Батлера не всегда традиционны. Он относится к закону, как к интеллектуальной игре, в которой надо обойти противника. Между нами говоря, он предпочитает, чтобы его клиенты были виновны. «Невелика заслуга защищать невиновного! Да это и неинтересно» —-
так говорит сам Батлер.
— Ты тоже так считаешь? — воскликнула Хелен.
— О, подобное отношение к делу крайне прискорбно. Без сомнения. М-да. Но все равно! Недавно ты заявила, что я хотел бы быть героем детективного романа.
— Да, и ты действительно хочешь этого. Ты подражаешь своему драгоценному мистеру Батлеру и даже сейчас, в эту минуту, говоришь совсем как он.
— Ей-богу, ты права!
Хелен промолчала, Хью возобновил прерванную тему.
— Дело в том, что Батлер в самом буквальном смысле живет в гуще таких событий. После дела о колдовстве, шесть или семь лет назад, у него была уйма случаев, и из каждого вышел бы недурной детектив: полный набор доказательств, к логике выводов не придерешься. Но, с другой стороны, твой Омар из Исфахана...
— Позволь, позволь: чей Омар из Исфахана? Снова Хью замолк на полуслове.
— Откуда мне знать, черт возьми? Ты сама упомянула этого малого. Сказала, что он мог бы войти сюда...
— И вовсе он не мой Омар из Исфахана, покорно благодарю, — с достоинством возразила Хелен, — Он вообще не существует. Я его выдумала — так, для иллюстрации.
— Очень хорошо, — заметил Хью. — Вот и воспользуемся им как иллюстрацией. Персонаж с таким именем вполне мог бы появиться в детективной истории. Более того, только в ней он и мог бы появиться. Нет, я не против увлекательного чтива. Имей это в виду. Но он имеет такое