Хью швырнул свой портфель на письменный стол рядом с изрядно потрепанным портфелем Джима.
Джим, крайне напуганный случившимся, хоть и старался не показать вида, поднес кулаки к губам.
— По неведомым нам причинам твой владелец ковра-самолета наложил на себя руки в одном из помещений этого дома. Начну с того, что это весьма дурная реклама. Наша фирма занимается исключительно семейными делами; за дела уголовные и разводы мы не беремся. Ты подумал, что скажет твой дядя?
И верно, положение было из рук вон плохое. Хью молчал.
— Во-вторых, — взревел Джим, — надо набраться духу и вызвать полицию. Они, конечно, спросят, почему мы не сделали этого раньше. И если услышат твой бред о невероятном убийстве, то не поверят ни единому нашему слову.
— Знаю. — Хью глубоко вздохнул. — Именно поэтому мне и надо немедленно уйти!
— Уйти? -Да.
— Ты что же, собираешься сбежать и предоставить мне одному расхлебывать это дело?
— Нет, нет, нет! — крикнул Хью, ударяя кулаком по столу. — Кто говорит о побеге? Дай мне пять минут форы, а потом звони в полицию. Я вернусь к их прибытию.
— Черт возьми! Куда...
— К Патрику Батлеру, как и собирался. Ты знаешь кого-нибудь, кто лучше него помог бы нам выпутаться из этой истории?
Явно не находя, что ответить, Джим стоял, приоткрыв рот и почесывая щеку. Его тусклые голубые глаза растерянно бегали по комнате.
— Но мы не можем просить его вести это дело, Хью. Нам нечего сообщить ему!
— Нам ничего и не надо ему сообщать. Стоит мне рассказать о случившемся, как он ухватится за возможность помочь мне. Ты это прекрасно знаешь. Его хлебом не корми, дай только заняться чем-нибудь этаким.
Слова Хью не развеяли сомнений Джима: если он пригласит старого доктора Гидеона Фелла, тогда...
— На сей раз не пригласит. Доктор Фелл на Мадейре, Майорке или где-то еще. А что?
— Что? — заорал Джим, в свою очередь стукнув кулаком по столу. — А кто раскрыл